Почему Империя Борей носит это имя
Императору Петру I не раз задавали один и тот же вопрос: почему, основав империю, он назвал её именно Бореем? Почему не именем своего рода, не по столице, не по великой реке и не по древнему царству, откуда вышли его предки?
Долгие годы государь отвечал на это скупо и без охоты. Но незадолго до смерти, в разговоре со своим сыном Алексеем, он всё же рассказал историю, которую хранил с детства.
Когда Пётр был ещё мальчиком, семья жила в Цареградском Королевстве и имела поместье неподалёку от столицы. Его мать часто говорила о землях, лежащих вокруг, не так, как говорили картографы, чиновники или книжники. Когда речь заходила об обитаемых и изведанных краях, она произносила просто: это всё — Борей. Не как имя государства и не как название племени, но как имя самой земли, на которой живут люди.
Она знала это от своей матери, а та — от своей, и так далее в глубину поколений. Из уст в уста передавалось старое представление о том, что все эти страны, леса, реки, степи и горы суть части единой земли, имя которой — Борей. Задолго до объединения, задолго до империй и новых корон, это имя уже жило в памяти людей, будто пришедшее из такой древности, которую уже не могли объяснить ни летописцы, ни старые родовые предания.
В народе это имя звучало не только как обозначение земли, но и как слово, которым объясняли её тяжёлую, суровую и порой страшную силу. Когда старики видели изломанного, обезумевшего или искажённого оборотня — а в те времена они ещё оставались вне закона и были частым ужасом дорог и окраин, — нередко говорили: «Борей его покорёжил». Так говорили не о боге и не о проклятии в привычном смысле, а о самой земле, которая ломает слабое, корёжит нарушенное и оставляет на живом свой тяжёлый след.
Но сильнее всех рассказов в памяти Петра запечатлелся другой случай.
Однажды на их поместье вышел огромный медведь. Не оборотень, не чудовище из сказок и не порождение колдовства — просто медведь, но таких размеров, что другие звери рядом с ним казались бы медвежатами. Он был так велик и так страшен, что один его вид заставлял людей неметь. И когда мать Петра увидела его, она сказала лишь одну фразу: «Борей по наши души пришёл».
Эти слова государь запомнил на всю жизнь. Для него тот медведь стал не просто зверем, а живым образом самой земли — древней, огромной, неукротимой и не до конца понятной человеку. Земли, которая может кормить, укрывать и даровать силу, но может и прийти за своими детьми, если сочтёт нужным.
Потому, когда Пётр основал Империю, он дал ей имя не нового дома, а древней земли. Не он нарёк Борей — он лишь возвратил старое имя в державный обиход, подняв его из глубины семейной памяти и народного слова. А гербом новой империи он взял морду того могучего медведя, увиденного в детстве: знак земли, которую нельзя было покорить до конца, но с которой можно было связать свою судьбу.
С тех пор имя Борей стало именем не только земли, но и империи, объявившей себя её наследницей.
---
Позднее, когда миру открылись эльфы, орки и иные расы, стало известно, что существует бог, носящий то же имя. Имеет ли он отношение к древним человеческим легендам о Борее — до сих пор неизвестно.